Душоново: Храм Тихвинской Богоматери ·Православная гимназия ·Военно-исторический фестиваль

Кто я?

Лена Макарова 

 

  Понятие собственного «я» есть понятие совершенно не определяемое умом. Однако каждый из нас имеет вполне реальное, вполне несомненное опытное знание о своем «я»: в первую очередь, о его существовании, затем о его «сущности» и границах. А имея некое знание о собственном «я», мы можем формировать представление и о чужих, иных «я». На первый взгляд, все здесь ясно, и вдруг – о. Алексий задает этот самый вопрос под другим углом зрения: «А что есть «я»? И что есть в моем «я» такого незыблемого, неизменяемого, – такого, чего Господь никогда не сковырнет? Где оно – дно моего «я», основа, фундамент, стержень?»

     Надо сказать, вопрос-то страшный! Мы его обычно себе и не задаем, инстинктивно отшатываясь от глубокой пропасти! Мы боимся посмотреть на себя! Почему? Возможно, это страх увидеть пустоту?.. Согласно некоторым взглядам ядро личности – это некая нерушимая, монолитная сердцевина нашего «я», вложенная Богом, и вокруг этой сердцевины нарастает шелуха всяческих иных компонентов: наследственность, опыт, привычки, воспитание… Капустные листья, скрывающие от нашего взгляда суть нашей личности…

     Так что же есть мое истинное «я»? Лена Макарова – это «я»? Нет! Федя Иванов, впавший в амнезию, может впоследствии зваться Колей Петровым, но его «я» от этого не меняется. Мое курение – это мое «я»? Нет, нет и нет! Это страсть, пиявкой присосавшаяся ко мне, глубоко укоренившаяся, но это никак не «я». Во-первых, – потому, что я очень хорошо помню времена, когда я была свободна от этой страсти. Во-вторых, – я не хочу быть рабой ее!!! Что же, моя эмоциональности или моя гневливость «от природы», что говориться, – это есть мое «я»? Вот тут мы подходим к любопытному моменту. Что касается гневливости «от природы», наследственной гневливости (отец тоже вспыхивал, как спичка), то уже в 12ти-летнем возрасте я осознала, что не хочу ее, что она приносит мне ощутимый вред, разрушает меня и рвет нити добрых отношений со значимыми для меня людьми. Осознала и принялась (без особого успеха) сдерживать себя – гневалась, но старалась промолчать. А вот относительно эмоциональности моей – все было не так! Еще не столь давно я рассматривала ее в качестве блага для меня: эмоционально зажглась – и тут же разрядилась – ничего не копится внутри. Как, мол, замечательно. Отсюда, мол, моя незлопамятность. И уж конечно, свою эмоциональность я считала частью своего «я», неотъемлемой его частью! Вот! Вот где собака зарыта! Дело в том, что сейчас я совсем не хочу этой эмоциональности, вижу вред ее, дестабилизирующее влияние ее на меня и уж никак не воспринимаю ее в качестве имманентно присущего свойства моего «я». Моя эмоциональность тоже оказалась не мной! Вывод: наши знания о собственном «я» меняются, эволюционирую (или деволюционируют?), расширяются (или сужаются?) – словом, не стоят на месте.

     По мере воцерковления наше знание своего «я» углубляется и расширяется! Воцерковление – как познание себя! Самопознание! А ведь мы привыкли под воцерковлением подразумевать внешнюю сторону: выполнение регулярного молитвенного правила, посещение церковных служб, соблюдение постов… (О причащении здесь не говорю – это особая и большущая тема). Внутренняя сторона воцерковления – самопознание! Увидеть свое истинное «я» и – грязные, мерзкие, склизлые капустные листья, облепившие нас! Смрадные листья, которые раньше мы принимали за себя, за свою сущность. Нет, содрать их – дело непростое. Здесь вся надежда на Господа: «…Человекам это невозможно, Богу же все возможно» (Мф 20:26). Но прежде чем с мольбой припасть к Господу, чтобы Он отсек эти капустные уродства (а они ведь внутрь проросли! как раковая опухоль!), мы должны осознать, что хотим освободиться от смрада. А прежде чем захотеть, мы элементарно должны их увидеть в себе.

     Я (как нынче есть) – не чистая, а очень-очень грязная, но я хочу быть чистой!

     Я – не кроткая, но я хочу быть кроткой!

     Я – не радостная, но я хочу быть радостной!

     Я не имею любви ко Господу и не имею любви к ближнему, но хочу ее иметь!

     Я не достойна быть с Богом, но хочу быть с Богом – хоть на какой-нибудь последней ступенечке, на приступочке.

     И здесь встает глобальный вопрос о сообразовании воли человеческой с Божественной волею, и любое мое рассуждение на эту тему, скорее всего, прозвучит наивно. Быть может, и все написанное выше – детский лепет, но, как кажется, именно наше «хочу» есть необходимое условие спасения. Оно не достаточное, но необходимое.

     А что касается самопознания… В некоторых кругах весьма даже развита тяга к «самопознанию» в виде посещения различных писи-хологических клубов, под вывеской которых порой скрываются просто языческие секты. Но даже если взять классическую мирскую психологию, то чаще всего мы столкнемся с таким «самопознанием», когда болезнь объявляется нормой. Как в том анекдоте: я писаюсь и горжусь этим. Люди познают свое уродство и тут же объявляют это уродство красотой. Принимая себя таким, каков ты есть – вот общий лозунг этого подхода. Если ты видишь в себе, скажем, гомосексуальные наклонности – не смущайся, это, мол, нормально: они – такие, а мы – сякие, смело – в бой. И так далее. Страшное продолжение слогана «Ты этого достойна!» Психология такого рода не открывает человеку глаза, но погружает его в сладкий дурманящий сон, даруя мнимое спокойствие.

     Самопознание вне Церкви, видимо, невозможно.

07.12.2012


 

Вы можете задать свой вопрос священнику здесь:

Ваше имя:
Ваши контактные данные :
Ваш вопрос:

К оглавлению раздела...
© 2012 Duchonovo.ru
Дизайн и программирование: Freedom Studio